Новое исследование показывает, что слушатели больше не могут с уверенностью отличить музыку, созданную искусственным интеллектом, от композиций, написанных людьми. Платформы, такие как Suno, достигли впечатляющего технического качества, однако эксперты и слушатели сходятся во мнении, что для настоящего эмоционального отклика звука недостаточно – нужна человеческая история.
Недавнее исследование, опубликованное в качестве препринта, проанализировало тысячи песен, сгенерированных ИИ-платформой Suno. Участникам эксперимента давали прослушать пары треков (один человеческий, один – ИИ) и просили угадать, какой из них какой. Результаты оказались близки к случайности: правильные ответы составили лишь 53%. Точность возрастала до 66% только в том случае, когда композиции были очень похожи стилистически.
Впрочем, эта проблема не нова. Еще в 1997 году композитор и пионер в области компьютерной музыки Дэвид Коуп (David Cope) создал программу «Experiments in Musical Intelligence» (EMI). Во время эксперимента, организованного Дугласом Хофстадтером, аудитория слушала три произведения в стиле Баха: одно настоящее, одно написанное профессором и одно — ИИ. Слушатели ошибочно идентифицировали произведение ИИ как настоящее произведение Баха.
Музыка как «текучая вода»
Наше отношение к музыке неразрывно связано с технологиями. Еще в 2002 году Дэвид Боуи в интервью The New York Times предсказывал, что индустрию ждет «абсолютная трансформация». Он предвидел исчезновение копирайта и изменение моделей дистрибуции.
"Музыка сама по себе станет похожей на проточную воду или электричество", – заявлял музыкант.
Пророчество сбылось. Сначала Napster, а затем iTunes и Spotify «открыли краны», сделав доступ к музыке проще, чем когда-либо. Сегодня платформы вроде Suno присоединились к этому потоку, генерируя огромные объемы контента. Недавно Spotify даже объявил об удалении 75 миллионов «спамных» треков для поддержания качества каталогов, хотя неизвестно, сколько из них были созданы ИИ.
Угроза механической музыки
Страх, что технологии «убьют» настоящее искусство, также не является уникальным для нашего времени. Более века назад, в 1906 году, композитор Джон Филип Суза (John Philip Sousa) опубликовал эссе «Угроза механической музыки» (The Menace of Mechanical Music).
Он предупреждал, что массовое производство фонографов и пианол приведет к «заметному ухудшению американской музыки и музыкального вкуса». Суза боялся, что любительское музицирование исчезнет, а люди превратятся в «человеческих фонографов – без души и выражения».
Подобное мнение высказал и Дэвид Боуи. Он предупреждал, что музыкантам придется много гастролировать, поскольку живые выступления станут «единственной уникальной ситуацией», которая останется для создания настоящей связи с аудиторией.
Несмотря на то, что ИИ достиг технического совершенства в воспроизведении звука, он не может сгенерировать ключевой элемент, который заставляет нас возвращаться к песне, – человеческую связь и историю происхождения.
Миллионы треков, созданных ИИ, вероятно, будут забыты, так же как и миллионы треков, созданных людьми. Даже в исключительной музыке мы ищем больше, чем просто виртуозность – мы ищем историю, которая за ней стоит.
